В преддверии 250-летия независимости США, которое страна отметит в 2026 году, в публичном пространстве звучат тревожные прогнозы о потенциальных изменениях в экономическом и правовом ландшафте. Бывший советник ЦРУ и Белого дома, известный финансовый аналитик Джим Рикардс, в своем недавнем видеообращении привлек внимание к ряду малоизвестных федеральных законов и исполнительных полномочий, которые, по его мнению, могут быть активированы в ближайшие годы. Его анализ фокусируется на пересечении вопросов исполнительной власти, приоритетов внутреннего производства и сроков восстановления монетарного лидерства США, рисуя картину возможной трансформации в условиях глобальной нестабильности.
Суть предупреждения: «Тихие» законы и чрезвычайные полномочия
Центральным элементом аргументации Джима Рикардса является отсылка к так называемым «тихим» или малоизученным федеральным законам, которые в обычное время находятся на периферии общественного внимания, но содержат механизмы для значительного расширения государственного контроля в кризисных ситуациях. В частности, аналитик указывает на Закон об оборонном производстве 1950 года (Defense Production Act, DPA). Хотя этот закон периодически применялся различными администрациями для решения узких задач, Рикардс утверждает, что его потенциал гораздо шире. В условиях объявленной национальной чрезвычайной ситуации DPA предоставляет президенту США право приоритезировать и контролировать производство и распределение товаров, считающихся критически важными для национальной обороны, что может охватывать практически все сектора экономики – от полупроводников и редкоземельных металлов до продовольствия и медицинских supplies.
Рикардс связывает потенциальную активацию таких полномочий с приближающимся 250-летним юбилеем страны, который совпадает, по его оценкам, с периодом пика нескольких системных кризисов. Он отмечает, что исторические юбилеи часто становятся символическими вехами для объявления масштабных политических и экономических реформ. В данном контексте, сочетание долгового кризиса, геополитической напряженности, в частности, вокруг Тайваня и Украины, и растущей дедолларизации может создать предпосылки для объявления новой формы национального чрезвычайного положения. Это, в свою очередь, станет юридическим основанием для применения всего спектра «спящих» законов, направленных на централизацию управления экономикой.
Триада вызовов: производство, валюта, суверенитет
В своем выступлении Рикардс структурирует угрозы, ведущие к такому сценарию, вокруг трех взаимосвязанных осей. Первая ось – это кризис цепочек поставок и потеря промышленного суверенитета. Пандемия COVID-19 и последующие события обнажили уязвимость глобализированных производственных сетей. Администрация Байдена уже предпринимала шаги по решорингу производства чипов и аккумуляторов, используя, в том числе, и положения DPA. Рикардс прогнозирует, что этот тренд усилится и превратится в полномасштабную политику принудительного переноса стратегических отраслей обратно на территорию США или в страны-сателлиты, что потребует беспрецедентного государственного вмешательства в рыночные механизмы и корпоративные стратегии.
Вторая ось – монетарное лидерство и будущее доллара. Аналитик, автор книги «Валютные войны», уже давно предсказывает крах существующей долларовой системы. Он указывает на растущие золотые резервы таких стран, как Китай и Россия, на эксперименты с цифровыми валютами центральных банков (CBDC) и на попытки создания альтернативных платежных систем BRICS. Рикардс считает, что администрация США осознает эти риски и готовит ответ, который может быть представлен к символической дате 2026 года. Этим ответом может стать либо новая версия доллара, обеспеченная товарной корзиной (например, золотом и стратегическими ресурсами), либо собственная, полностью контролируемая государством цифровая валюта ФРС. Такой шаг, по его мнению, потребует консолидации контроля над финансовыми потоками и капиталами.
Исполнительная власть как катализатор
Третья, скрепляющая ось – это расширение исполнительной власти. Рикардс напоминает, что за последние десятилетия, особенно после событий 11 сентября 2001 года, институт президентства США накопил огромный массив чрезвычайных полномочий через сотни указов и поправок к законодательству. В условиях политического тупика в Конгрессе и острой поляризации общества, исполнительная власть становится основным инструментом для реагирования на быстроразвивающиеся кризисы. Аналитик предполагает, что объявление широкомасштабной экономической или военной чрезвычайной ситуации позволит легитимизировать использование всего этого арсенала полномочий без длительных дебатов в Сенате или Палате представителей, что кардинально изменит баланс сил между ветвями власти.
Контекст и возможные последствия
Предупреждения Рикардса нельзя рассматривать
Предупреждения Джима Рикардса, пусть и звучащие как сценарий из политического триллера, стоит рассматривать в контексте долгосрочных трендов: растущей геополитической турбулентности, поиска новой монетарной стабильности и исторической склонности власти к централизации в периоды кризисов. Независимо от того, реализуется ли столь радикальный сценарий к 2026 году, сам анализ указывает на существование мощных правовых и экономических механизмов, которые при определенной конъюнктуре могут быть использованы для глубокой трансформации американской экономической модели. Таким образом, дискуссия поднимает фундаментальный вопрос о том, как демократическое общество может балансировать между необходимостью быстрого и решительного реагирования на вызовы и сохранением своих базовых свобод и рыночных принципов.